politnotes (politnotes) wrote,
politnotes
politnotes

Матильда раздора. 1.4. Аттракцион невиданной щедрости

По словам Москалёва, в процессе поиска средств под сценарий Геласимова Винокур якобы вышел на главу управделами президента РФ Владимира Кожина. Здесь тоже есть некоторые шероховатости. Кожин с самого начала участвовал в проекте «Звёзды балета». На всех афишах, начиная с 2010 года присутствует фраза «При поддержке Управления делами Президента РФ». Можно допустить, что Винокур имел более тесные связи с Кожиным, нежели Москалёв, но сказать, что Москалёв никак не был с ним связан после совместного участия в организации «Звёзд балета», было бы не совсем верно. Винокур вместе с Москалёвым ходили к Кожину, и деньги от него брали тоже вместе. Хотя и выделены они были на фонд Винокура.

Причём выделены они были интересным образом. И я сейчас не только о кипрских оффшорах.

Во-первых, удивляет поразительная широта души господина Кожина, который

«на моих глазах набрал какой-то номер по телефону и дал команду «десять». После этого «Газпромбанк» загнал деньги на Кипр, и офшор Tradescan Consultants Ltd (100 % дочка «Газпромбанка» на Кипре), в свою очередь перевел $10 млн. на кино».

Вот так одним щелчком – десять лямов! На кино, говорите? Что, глава управделами президент с ходу так проникся идеей создать голливудский шедевр, что под честное слово отсыпал немалый бюджет картине, у которой ещё толком ничего не было, кроме сценария? Неужели так бывает? С трудом верится. Если господин Кожин настолько щедр, что может мгновенно обеспечить десять миллионов, то почему тогда господин Винокур, будто бы имеющий к нему подходы, был вынужден, как утверждает Москалёв, выплачивать долг за помещение своего театра из денег «Матильды»? Неужели господин Кожин с присущей ему щедростью не мог отвесить давнему приятелю по старой дружбе каких-то 1,8 млн долларов? А если дело не в дружбе, то за какие услуги были выданы такие средства?

В соцсетях Москалёв нередко проговаривается, что Винокур оказывал многим деятелям, прямо говоря, сутенёрские услуги, то есть поставлял женщин для различных развлечений. В том числе, по словам Москалёва, Винокур познакомил Кожина с его нынешней женой, экс-солисткой группы «Мобильные блондинки» моделью Олесей Богословяк. Кстати, в сети гуляет крайне любопытная реплика мадам Богословяк по поводу войны в Донбассе:


Интересное мнение изнутри околокремлёвской тусовки, правда? Впрочем, нужно учесть, что мнение это высказано в середине июля 2014 года, тогда как в мае Кожин был уволен со поста главы УДП со шлейфом коррупционных слухов. К тому же, он одним из первых попал в санкционные списки российских чиновников. Так что у его новоиспечённой супруги (свадьба состоялась как раз в начале июля в обстановке секретности, которую весьма некстати нарушил Николай Басков, выложив свою фотографию с Медведевым, сделанную на свадьбе Кожина) были все основания испытывать неудовольствие от текущего конфликта.

В общем, заплатил ли Кожин Винокуру «калым» за будущую жену, или щедрый аванс был связан с иными услугами – об этом мы можем только догадываться. Но в любом случае подобную щедрость нельзя назвать характерной для российских чиновников. Тем более, что речь шла о фильме, на который в Фонде кино запросили всего 3 млн.

Во-вторых, удивляет странная «двойственная» схема выделения средств. Одни 10 млн. долларов «Газпромбанк» загоняет на кипрский оффшор и оформляет в виде безвозвратного кредита фонду Винокура, а другие переводит тому же фонду лично президент того же «Газпромбанка» Андрей Акимов:

«Еще $10 млн., насколько я понял, перевел лично Андрей Акимов, президент «Газпромбанка», на счет фонда Винокура».

Зачем такие сложности? Что мешало одним махом перевести через оффшор сразу все 20 млн. из одного и того же банка? И почему вторые 10 млн. оформлялись как личные средства Андрея Акимова?

По ходу, Андрей Акимов – тоже любопытная фигура, и любопытен он по меньшей мере тем, что тоже заканчивал Финансовую академию при правительстве РФ. Правда, было это ещё в 1975 году. Не исключено, что основные договорённости по финансированию заключались именно с ним, а Кожин выступал только политическим прикрытием аферы. Это подтверждает и сам Москалёв в одном из своих сентябрьских роликов, где он мимоходом упоминает, что «господин Акимов организовывал непосредственное финансирование фильма», но при этом упорно продолжает называть его «частным инвестором», вложившим в проект личные средства. И это при том, что фонд Винокура тоже обслуживался в «Газпромбанке». В котором Москалёв, по его словам, ни разу не был. Что не мешает ему до сих пор выгораживать Акимова и даже допускать, что 10 млн. своих личных средств Акимов из проекта мог отозвать. С чего бы такая щепетильность?

И в-третьих, не совсем понятно, сколько именно миллионов Газпромбанка попали в руки создателям «Матильды». Москалёв в своих осенних роликах говорит, что ему известно о поступлении на счёт фонда Винокура 20 млн. долларов в декабре 2011 года. Причём в первом ролике он говорит, что «деньги от основного инвестора в полной сумме пришли», тогда как во втором и третьем утверждает, что инвестор должен был выделить вторую половину оговоренной суммы после начала съёмочного процесса, и якобы Винокур с Достманом затягивали судебный процесс против него, чтобы начать съёмки «Матильды» самостоятельно и получить под это недополученные миллионы. Подобное условие выглядит несколько странно, по крайней мере с точки зрения стороннего наблюдателя. То есть кредиторы заранее знали, что первая часть будет израсходована на нецелевые нужды, поэтому перестраховались условием про начало съёмок? Возможно, это обычная практика в киношном мире, но у постороннего человека это обстоятельство вызывает недоумение. Или всё намного банальнее, и на самом деле на кино давали только половину оговоренной суммы, а вторую под этим предлогом просто клали себе в карман в виде отката? Поэтому на момент декабря 2011 года деньги пришли «в полной сумме», а история про вторую половину, якобы обещанную после начала съёмок, – фиговый листок для объяснения публике, с чего бы это бывшие партнёры вдруг стали преследовать Москалёва? Весьма возможно.

Как бы там ни было, 28 ноября 2011 года был подписан первый контракт с кипрским оффшором – тот самый, который в начале сентября этого года обнародовал РБК, и тогда же первые «матильдовские» миллионы попали в распоряжение фонда Винокура.

Обратите внимание, что Учитель уже фигурирует в этом контракте. То есть деньги выделялись не только под сценарий Геласимова, но уже и под режиссуру Учителя. А не Фрэнсиса Копполы, Мартина Скорсезе или Карлсона, который живёт на крыше. Это не фонд Винокура нанимал Учителя (хотя отдельный контракт с его студией «Рок» тоже был подписан), и тем более не Москалёв лично, как бы он сам для себя ни считал себя «нанимателем» Учителя, это кредиторы изначально давали фонду Винокура деньги на фильм Учителя. И Учитель с самого начала был таким же участником проекта, как и Москалёв. Если не более весомым, потому как его фамилия в контракте значится, тогда как о Москалёве там нет ни слова. Во всяком случае, в обнародованных документах.

Помимо этого договора существовало ещё и непонятно когда подписанное Дополнительное соглашение к нему, которое якобы позволяло не возвращать выданный кредит, если фильм не начнёт приносить прибыль до июля 2014 года. Кстати, среди массива обнародованных на данный момент документов оригинала этого Дополнительного соглашения так и нет. «Инсайдер» выкладывал только вторую его страницу, но там речь идёт лишь об отчислении процентов с собранных в мировом прокате средств, если они превысят 70 млн. долларов. Причём на июле 2014 года дело не заканчивается, в соглашении чётко прописаны даты и проценты отчислений от проката в последующие годы.

В общем, пока у нас нет оснований ни утверждать, что кредит был заведомо безвозвратным, ни отрицать это. Однако если кредитор даже оговаривал условия на случай, когда сборы в мировом прокате превысят 70 млн. долларов, значит, был расчёт и на мировой прокат, и на соответствующие сборы.

По ходу, возникает вопрос, а зачем вообще понадобилось это Дополнительное соглашение и когда оно было заключено. Или Кожин сначала отстегнул бабки на кино, а потом спохватился и решил оговорить условия их возврата после выхода фильма? Но тогда его первоначальная щедрость выглядит действительно не как собственное продуманное решение, а как спонтанный шаг под давлением каких-то веских аргументов. И вряд ли только от Винокура. Очень интересно, очень…

В следующих разделах расписаны все подробности того, как развивался спор Москалёва и Учителя, как оба дельца пытались привлечь для распила работы над картиной своих американцев в нарушение обязательств по действующему контракту, как Москалёв заказал новый сценарий «Матильды» автору «Последнего искушения Христа» и как Учитель подставил Москалёва перед «инвесторами». В этих разделах впервые всплывут имена Валерия Гергиева, Александра Достмана и Владимира Мединского, стараниями которых фильм был превращён в неприкрытое надругательство над русской историей и которые потом поучаствуют в финальной стадии скандала, но ими можно пренебречь без ущерба для общего понимания. Разве что, в качестве важного штриха необходимо отметить участие лично Гергиева в том, что начальство предпочло Учителя и его открыто провокационный подход к сценарию фильма более «тонкому» «москалёвскому». Те, кому эти подробности не так интересны, могут их пропустить и переходить сразу ко второй части. Только обязательно загляните в раздел «Штрихи к портрету»!

Tags: Матильда
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments