January 11th, 2015

Постановка проблемы

В продолжение предыдущей темы, всё-таки прихожу к заключению, что мы задаёмся не совсем правильными вопросами, вопросами скорее практическими, нежели политическими. Нам нужно решать не проблему "как заставить крысу воевать", а "как заставить крысу отказаться от слива".

Это проблема совсем другого порядка. Потому что заставить крысу воевать ещё можно, но вот воевать именно за Новороссию и Русский мир крайне сложно. Но необходимо. Ведь при нынешних политических установках наступление в самом лучшем случае станет по аналогии с августом всего лишь принуждением к новому раунду сговора.

Тут даже надежда на действенность "красных линий" Запада очень относительна. Это сейчас Ангелька говорит, что наступление приведёт к новым санкциям, но этот аргумент - такой же инструмент сдерживания, как и военторг в Новороссии, и будет ли он использован, и если будет, то каким образом, - вопросы открытые. Если укра снова окажется на грани разгрома, Ангелька первая побежит хоть в Астану, хоть к лабрадору в Новогарёво подписывать мир, как это уже было в конце августа в Минске.

В общем, задача ясна - обеспечить отказ от слива. А поскольку все случаи срыва действующего плана слива пока что к отказу от слива как такового не привели, рассчитывать на него сложно. Да, для танго нужно двое, то есть для слива нужно согласие как сливающей стороны, то есть Москвы, так и стороны, принимающей слив, то есть Запада. И в идеале отказ этой самой принимающей стороны был бы наилучшим выходом из положения, разрубающим гордиев узел Новороссии.

Но Запад от слива не откажется, используя его для затягивания времени, манипулирования угрозами и оказания систематического давления. Никакого окончательного результата - только постоянный процесс, чтобы измотанный кремлёвский Ахиллес приближался по шагу к западной черепахе, но не догнал бы её. И так до тех пор, пока не испустит дух.

Именно этот сценарий и разыгрывается сейчас вокруг пресловутой встречи в Астане. Есть шанс что она всё-таки будет сорвана, но сам процесс от этого не сворачивается. И это очень плохо. "Слейте ещё немного, а потом мы можем с вами поговорим. Но я ничего не гарантирую" - так можно трактовать вчерашние и сегодняшние высказывания Меркель. И башни наперегонки бросились выполнять указания по сливу, конкурируя между собой, кто быстрее справится с задачей.

Обеспечить военный пат они уже сумели, причём показательно, что выпиливаются не самые нелояльные, а самые идейные. Мотивация - это единственное на чём держится Новороссия, и кураторы бьют именно по этой цели, марая и Россию, и русскую армию, и русскую идею.

И это, пожалуй, самое печальное во всём этом процессе. Потому что катастрофически сужает возможности для борьбы в дальнейшем. Ведь мобилизовать общество на реальное сопротивление здесь может только русская идея, и её дискредитация, по сути, лишает Россию главного и практически единственного инструмента влияния. И даже понимание того, что слив всё равно не удастся воплотить в исходном замысле, и что кураторы всё равно потерпят поражение в своих сливных кознях, не облегчает всей горечи этого обстоятельства.

В этой связи возникает вопрос о той самой пресловутой вилке решений, факт наличия которой до сих пор с пеной у рта отстаивается одними наблюдателями и напрочь отвергается с самого начала другими.

Вилка решений, проблема разъезжающихся стульев, одним словом, выбор между двумя основными опциями в отношении Новороссии - это тот вопрос, на основе которого строятся все логические умозаключения о стратегии Кремля в текущем конфликте. Одни доказывают, что вилка ещё есть, окончательное решение не принято, точка невозврата не пройдена, грабли пока лежат, а значит ещё не всё потеряно, и можно добиться положительного результата. Другие скептически замечают, что никакой вилки нет и никогда не было, потому что Москва с самого начала не собиралась забирать Донбасс, не говоря уже о всей Новороссии, и все планы, хитрые и не очень, вертелись вокруг того, как получше слить ДЛНР с профитом для себя.

Как это часто бывает, и одни, и другие по-своему правы. С одной стороны, конечно, настрой на слив сформировался ещё на ранних стадиях конфликта, что, собственно, и позволило противнику довести его до нынешнего уровня эскалации. Подозреваю, поворотным моментом здесь стала Женевская декларация 17 апреля, с помощью которой Лавров и компания доказывали ВВП, что с Западом можно договориться практически на наших условиях. Конфигурация и конкретные условия слива, разумеется, менялись по ходу развития событий, но сама линия сформировалась ещё весной.

Но с другой, вилка как гипотетическая возможность изменить стратегию и добиться хотя бы приемлемого результата действительно существует, потому что у сливной линии есть как минимум две базовые точки: первая - формирование условий или формальных рамок для последующего слива, и вторая - непосредственно сам слив как подписание документа, фиксирующего согласие ДЛНР на вхождение в укру, что и является истинной точкой невозврата. Первая уже пройдена на этапе минских соглашений. Вторую никак не могут пройти.

Этот факт и даёт основания для двойственных оценок текущего момента - одни радуются, что Москва не спешит выполнять ею же (бездарно, надо признать) сформулированные минские соглашения, другие справедливо огорчаются, что и отказываться от этих соглашений Москва не спешит. Подвершенное состояние, из которого, подозреваю, сама Москва без внешнего импульса выйти не сможет.

В этом и кроется ответ на вопрос, в чём должен проявляться отказ от слива. Не в активизации военторга, как наивно пытаются представить ХПП-шники. И даже не в экономической войне и удушении укры, на которое они же возлагают большие надежды. Пора понять, что никакие меры давления не могут принести плоды в рамках поставленных сливных задач, и поэтому не должны рассматриваться как самоцель. Единственное, что может быть чётким свидетельством отказа от слива, это отказ от минских соглашений.

Причём пока что это вполне посильный и мыслимый шаг. Ведь минские соглашения заключались ДЛНР (то есть неизвестными гражданами, называющими себя их главами). Значит, они также могут и отказаться от них, не заставляя Москву делать это самостоятельно. Выходят эти самые граждане и говорят "мол, в связи с нарушениями со стороны укры, мы отказываемся считать обязатальными эти документы". Тут, конечно, могут припомнить и секретные протоколы, коих упомянутые граждане не подписывали, а подписывали вроде как вполне уполномоченные лица, но ведь все отсылки Москвы к этим протоколам Запад преспокойно проигнорировал - значит, можно проигнорировать и нам. Останется только пожать плечами и посетовать, дескать какой шанс упущен.

А вот если Путина уламают на какие-либо обязывающие документы в нормандском формате или дойдут до второй поворотной точки, тогда всё, вилки не будет, как и возможностей переиграть ситуацию. И поэтому я так опасаюсь Астаны - к ней готовится какой-то документ, после заключения которого положение изменится в худшую сторону. Правда, до Астаны Кремль будет сдерживать ополчение, не позволяя наступать, но пока ещё шансы остаются - ополчение ещё до конца не зачищено, соотношение сил сносное, военторг задействован, полного контроля пока нет, эксцессы на местах ещё возможны.

Надежды мало, но лучше чётко понимать, какую проблему нужно решать, чем спорить о методах и средствах её разрешения.